>Библиотека > История > Оружие и доспехи
Записки об испанском доспехе X -XV вв. I часть.


ДЖЕЙМС Г. МАНН эсквайр, F.S.A.

Notes on the Armour worn in Spain from the tenth to the fifteenth century.
Archaeologia Vol. 83. Published by the Society of Antiquaries of London 1933.

Перевод ©А. Гладченков
Материал предоставлен А. Николаевым


Заслуженно известен Королевский Арсенал в Мадриде. Но в нем, в основном, представлены оружейные коллекции эпохи Ренессанса, и чтобы представить все многообразие вооружения того периода, стоит так же обратится к крупнейшему в Европе собранию оружия эпохи Габсбургов - Оружейному собранию Императорского дома в Вене. Чтобы проследить историю испанского защитного вооружения вплоть до начала XVI века, необходим широкий охват материала. В Испании, средневековые доспехи, дошедшие до нашего времени, столь же редки, как и в других странах, и, к изучению тех отдаленных времен необходимо привлекать свидетельства средневековой скульптуры, живописи, и литературы.
Продукция крупных центров доспешного производства в Германии и Италии, до настоящего времени, имела тенденцию монополизировать интересы исследователей. Но работы испанских ремесленников, и влияние испанского стиля на иностранных производителей, заслуживают особого внимания к этим индивидуальным чертам, и ниженаписанное призвано выявить эти черты, а не рассматривать общую историю средневекового вооружения в Испании.
История Испании в Средневековье – это история трудной и долгой борьбы. Расположенная в юго-западной оконечности Европы, изолированная барьером Пиренеев, страна, с пятисот летней историей борьбы против мавров. Важный момент, о котором стоит помнить - мавританское вторжение в Испанию, в восьмом столетии, было частью большой волны Исламского завоевания, быстро распространившегося по средиземноморскому побережью от Азии до Танжера, под предводительством династии Омайядов, которая утвердилась в Кордове, происходящей от Омайядов Дамасского халифата. С маврами проникали и их специфические ремесла, среди них навыки в художественном оформлении керамики, металлов, и кожаных изделий, утвердившихся повсеместно на Пиренейском полуострове. Христианская реакция (Реконкиста) начала набирать силу в одиннадцатом столетии при св. Альфонсо и Сиде, и в 1212 году объединенные силы королей Кастилии, Арагона, и Наварры одержали большую победу у Las Navas de Tolosa . Cв. Фердинанд взял обратно Кордову в 1236 году, Валенсию два года спустя, а Севилью в 1248-м. Мавританское правление теперь было ограничено маленьким королевством Гренада, но многие из ремесленников отвоеванных городов оставались под испанским владычеством. Христианские государства, возникшие как доминионы, с отступлением мавров начинали борьбу друг с другом. Джон Гонт, Черный Принц, и Джеймс Дуглас, на пути к Иерусалиму, с сердцем Брюса, были среди многих иностранцев, которые, для выгоды или приключений, были втянуты в борьбу, ареной которой была территория, ограниченная морем и Пиренеями.
Те же самые стадии в развитии доспеха – переход от кольчуги к пластинчатому доспеху, в четырнадцатом, переходном столетии, должны присутствовать в Испании, как и в остальной Европе. Но изменения шли медленнее, нежели в Италии, а особенности климата задержали введение полного доспеха. Легкие всадники вооружались копьями и кожаными щитами a la gineta, заимствованными, как и их тактика, у мавров, и испанская знать искренне отвергала пластинчатый доспех, пока не была привлечена превосходными миланскими изделиями в середине пятнадцатого столетия.
Известно, что испанское искусство имеет различные периоды, связанные с влиянием культуры других стран, но все же испанский стиль всегда резервировал для себя права выбора и адаптации, и был способен наложить свой характерный отпечаток на конечное изделие. Рассматривая более ранние столетия, особенно в Арагоне и Каталонии, видно, что было сильно французское влияние. Однако, национальные стили не так легко выделимы, когда военное снаряжение состоит из простой кольчужной рубашки, шлема, и щита, следовательно, ранние Вестготские рукописи показывают воинов, несколько отличающихся по внешности от остальной части Европы. Среди нескольких копий рукописи St. Beato de Liebana's «Commentaries on the Apocalypse'» - в библиотеке Университета Valcavado, присутствует одна, с рисунками мастера из семьи Oveco, исполненной, для аббата Sempronio из монастыря Valcavado, в 970 году1. Его иллюстрация, изображающая защиту Иерусалима, показывает воинов, наносящих удары тяжелыми мечами, вооруженным круглыми щитами, копьями с перекладинами, но без каких либо элементов защиты.
Более поздняя рукопись тех же самых «Комментариев», созданная в конце одиннадцатого столетия, и хранящаяся, теперь в British Museum, демонстрирует испанский стиль, по времени параллельный гобелену из Байо (рис.1).
Рис.1
Рис.1

На воинах знакомый тип конического шлема с наносником, нередко каркасный, собранный из долей, по-немецки известный как «Spangenhelm», большинство экземпляров которого, было найдено в Центральной и Восточной Европе, что наглядно подтверждает его универсальность. Длинные кольчужные хауберки (loriga), в данном случае изображенные синими линиями, (сетка с белыми просветами), носимые поверх еще более длинной туники. Возможно, хауберки обрамлены бронзовыми кольцами, поскольку художник раскрасил кайму желтым; но поскольку одна из лошадей изображена сиреневой с красными пятнами, это изображения нельзя трактовать слишком буквально. Как и на гобелене из Байо, так в испанских рукописях этих времен, показаны щиты круглой и миндалевидной формы. В гобелене из Байо круглые щиты только у саксов. Здесь же щиты изображены намного меньшими в диаметре. И круглые, и миндалевидные щиты представлены в Картулярии Епископа D. Palayo, (1126-1129 гг.), в библиотеке собора Oviedo, и в манускрипте St. Beato de Liebana хранившийся ранее в монастыре Las Huelgas, а теперь в библиотеке господина Pierpont Morgan, датируемые концом двенадцатого - началом тринадцатого столетия2, где представлено реалистичное изображение осады Иерусалима - воины с круглыми и миндалевидными щитами, конические шлемы поверх кольчужных капюшонов, хауберки и чулки, а охрана короля Навуходоносора одета в белые туники поверх хауберков - первое свидетельства ношения в Испании сюрко. Два листа двенадцатого столетия из Апокалипсиса в музее Археологии, выставленные в Мадриде, демонстрируют воинов в доспехах, с миндалевидными щитами, и лицами защищенными наносниками, который, в одном случае развивается в примитивную личину ( у Манна применен термин «visor») (рис.2), но, возможно так изображено кольчужное прикрытие лица, упомянутое в современных испанских текстах как ventana.3
Рис.2
Рис.2

Изображения в рукописях подтверждены скульптурой того же периода, и подобная кольчужная ventana, с вырезами для глаз, изображена на спящих стражниках, в резьбе S. Domingo de Silos.4. Воины в капюшонах и длинных, не покрытых хауберках, видны на могиле SS. Vincent, Sabina, и Cristela at Avila, второй половины одиннадцатого столетия. В старинном соборе Саламанки, который был построен духовником Сида, французом отцом Иеронимом, ставшим епископом Валенсии в 1098, на одной из капителей изображен одетый в кольчугу рыцарь в коническом шлеме, с миндалевидным щитом, поражающий копьем другого всадника, несущего круглый щит, и вооруженного мечом. Капитель (рис.3) в, так называемом, дворце Герцога Гранады в Estella, Наварра, показывает всадников (барельеф, опоясывающий верхнею часть) с миндалевидными щитами, без шлемов, но в кольчужных капюшонах.
Рис.3
Рис.3

На другой капители (рис.4), очевидно более поздней, двенадцатого столетия, в том же дворце, показаны два пеших воина, сражающихся друг с другом, в высоких шлемах с наносниками, с треугольными щитами, украшенными ранними геральдическими изображениями.
Рис.4
Рис.4

С подобным щитом изображен архангел Михаил, в большом скульптурном дверном проеме, церковь в Estella, и изменения от каплевидных, к подтреугольным щитам, происходит, возможно, приблизительно в это время. Среди манускриптов в библиотеке Escurial хранится одна из иллюстрированных песен о Альфонсо Мудром, выполненная в конце тринадцатого столетия (рис.5).
Рис.5
Рис.5

Большие шлемы и железные шляпы используют вместе с кольчугой и богатым геральдическим сюрко. Лошади также покрыты кольчужными попонами и большими шафраонами из кожи или железа.
Возможно это утверждение не бесспорно, но Испания занимает второе место по числу монументальных надгробий на рассматриваемый период. Хотя церкви Германии очень богаты надгробиями, они обычно исполнены как рельефы; революция оставила Францию с единичными уцелевшими скульптурами; изображения в Италии – незначительны, до эпохи Ренессанса. Но область Каталонии, которая процветала в четырнадцатом столетии, имеет много воинских надгробий, и, если бы не издание Carderera в середине прошлого столетия, они так бы и оставались практически неизвестны.
Можно выделить два типа. Первый представлен надгробием семьи Centellas в Talamanca (рис.6).
Рис.6
Рис.6

Фигура лежит на спине, скрещенные руки покоятся на мече. Воин все еще одет в хауберк (loriga) и кольчужный капюшон (almofar) но без сюрко, которое к этому времени стало общеупотребительным в остальной части Европы. Из под кольчуги видны полы длиннополой туники. Подобная скульптура, из розового песчаника, находится во внутреннем дворе монастыря Montserrat, датируемая ок. 1330 года, так же сохранился обломок плиты (треть) от надгробия одного из семейства Queralt в Santa Maria del Estany. Здесь очень ясно видны пластины на голенях, но не на руках, как это изображено на медной надгробной доске сэра John Creke, а так же более позднего изображения сэра John D'Abernon.
Второй тип каталонских изображений того времени показывает кольчужное облачение, с надетым поверх сюрко, без рукавов, как на представленной здесь могильной плите Bernardo de Minoris (+133O), в монастыре в Manresa (рис.7).
Рис.7
Рис.7

У него на ногах наколенники и сабатоны из перекрывающихся пластин, справа на поясе большой кинжал. Изображение одного из членов семейства Castellbell в Castellbell, демонстрирует, возможно, одно из самых ранних изображений почечного кинжала, и в этом случае ноги защищены чешуей, а не пластинами, хорошо видные наколенники украшеные звездой.
Второе изображение в Manresa (рис.8) одного из орда Cardonas (щиты имеют изображения трех веток чертополоха семьи Cardona и сосновых шишек семьи Pinos), интересно нам, из за представленной на изображении, так называемой «ленточной кольчуги».
Рис.8
Рис.8

Этот прием изображения, достаточно широко распространенный в иллюстрированных манускриптах, выделен только на трех английских изображениях, и в прошлом послужил причиной множества споров и спекуляций среди английских исследователей. Я надеюсь, что теперь это воспринимается не более чем один из способов изображения кольчуги.
Сюрко, изображенное на надгробной статуе в Cardona, имеет длинные рукава, а ноги защищены только кольчужными чулками, без усиливающих пластин. Другое каталонское изображение в «ленточной» кольчуге - это надгробие Berenguer de Coll (+1334), в Sant Andre de Coll, около Gerona. Его сюрко вышито гербами владельца, на плечах и локтях изображены рондели, на ногах наколенники и наголенники.
Надгробие Ugo de Cervellon (рис.9) в Villafranca del Panades, также умершего в 1334 году, выполнено в старой традиции, без каких либо пластинчатых усилений.
Рис.9
Рис.9

В отличие от других изображений, он представлен со щитом в левой руке; его сюрко и подушка под головой вышиты щитами с изображением его герба. Есть очень подобное изображение в Puig - надгробие Rodrigo de Loria.
Необычно хорошая сохранность скульптуры из арагонской церкви, подобной описанным каталонским надгробиям, послужило причиной перевозки надгробия в Лондон (для исследования и реставрации? – А.Г.), а в данное время оно принадлежит Испанской Художественной Галерее. На нем сохранилась первоначальная гипсовая грунтовка и роспись. Изображенное на статуе сюрко имеет широкие рукава, покрыто изображениями гербовых щитов расположенных в верхней части груди, а меньшие гербовые щиты вырезаны на ленте, вокруг его кольчужного капюшона. Руки сложены на животе, ноги защищены полным наголенником, на ногах украшенные драгоценными камнями туфли. Черные ножны украшены рельефным художественным оформлением как на изображениях в Villafranca и Puig. Есть одно замечание по поводу большинства этих изображений – слишком короткие ноги, и в этом случае, хотя голова и торс, исполнены крупно - полная длина – только пять футов, два дюйма. Ремни на шпорах имеют длинные, свисающие концы, как в Villafranca и Manresa и на прекрасной геральдической статуе Gilbert de Cruillos в Gerona.
Могилы Berenguer de Anglesola, Pedro de Fonoyllet, Vizcondez de Ylla, в монастыре Pedralbes, который был основан в 1327, показывают подобные особенности уже достаточно распространенными, но эти надгробия были перекрашены. Изображение в Rocafort изображает широкие кольчужные рукава, доходящие до запястья, и не переходящие в рукавицу. Прекрасная могила скульптура в Villafranca del Panades, одного из семейства Castellet, умершего в 1323 году, впервые демонстрирует отдельные перчатки (рис.10).
Рис.10
Рис.10

Нежелание испанцев использовать пластинчатую броню, подтверждено рукописью в библиотеке Escorial - «Хроники Трои», иллюстрированной Nicolas Gonzalez в 1350 году. На листе 84 v изображены рыцари в больших шлемах[sap]5[/sap], некоторые с подвижными забралами, но нет ни какой пластинчатой защиты. Каменная резьба, изображающая St. Vilardell, сражающегося с драконом, в Puerta de San Ibo собора Barcelona (рис.11), показывает железную шляпу, chapel-de-fer или, по-испански cabacete, мало чем отличающеюся от английских шлемов.
Рис.11
Рис.11

Есть рондели в плечах и локтях, пластина от плеча до локтя [sap]6[/sap], и кольчужный хауберк, все еще носимый поверх туники. St.Vilardell являлся национальным героем, который сразил дракона, насланного на христиан маврами. Ликуя, он поднял окровавленный меч над головой, и капля ядовитой крови, упавшая вниз, убила его, как божья кара за тщеславие.
Подобное вооружение, с колоколообразными перчатками, показано на могиле в Villafranca del Panades относящейся ко второй половине столетия. Широкополая железная шляпа (рис. 12), быстро завоевала популярность в Испании, что подтверждается многочисленными примерами в течение следующего столетия.
Рис.12
Рис.12

Один из самых ранних примеров (рис.13) полностью латных рук и короткого обтягивающего жюпона, который был повсеместно распространен на территории остальной Европы во второй половине четырнадцатого столетия, представлен на двух коленопреклоненных фигурах - короля Генри II Арагона с сыном, с большой картины «Богоматерь с младенцем», предписываемую мастеру Tobed из сарагосской школы, ок. 1370 года, которая демонстрировалась на выставке испанского искусства, проходившей в Берлингтон Хаус (Burlington House) зимой 1920-21 гг. Их бацинеты с забралами, с нашлемными фигурами, наметами и авентайлами, находятся подле них.
Рис.13
Рис.13

Пример бацинета, распространенного по всему христианскому миру, в конце четырнадцатого столетия, островерхого, с вертикальной задней стенкой и петельным креплением для забрала, ясно представлен (рис.14) на скульптурном надгробии в Villafranca del Panades, датируемом концом XIV века.
Рис.14
Рис.14

Хотя на ногах набедренники (cuisses), наколенники (poleyns) (с отделкой по краям) и наголенники (greaves), руки, по-прежнему, защищены только кольчужными рукавами. Отсутствие жюпона показывает пластинчатую бригантину, поверх хауберка, и богатый рыцарский пояс (bawdric) на бедрах. Перчатки с колоколообразными манжетами, обычные для этого периода. Есть схожее изображение доспеха, но без кольчуги, в Poblet, дона Bernardo de Anglesola, умершего в 1384 году[sap]7[/sap].
Надгробие дона Gonzalo de Espejo, в Segorbe, поставленное в самом начале XV века, изображает покойного в бацинете с авентайлом. Изображенный авентайл имеет клиновидные фестоны, подобные изображены и на подоле хауберка. Возможно, что тело защищено нагрудником, но из под жюпона виден только подол хауберка; полностью развитые наручи (vambraces) и налокотники видны из под коротких рукавов кольчуги. Ноги полностью закрыты металлом, с чешуйчатыми саботонами. По обыкновению, перекрещенные руки покоятся поверх меча.
Надгробия дона Alvaro Perez de Guzman, +1394, в Севилье,[sap]8[/sap] и дона Juan Alfonso de Ajofrin +1382, в Толедо[sap]9[/sap], показывают жюпоны с мешковатыми рукавами, как на статуэтке св. Георгия в Дижоне, перчатки с колоколообразными манжетами, и пластинчатые поножи с богатой отделкой краев пластин. Оба - без шлемов, это становится повсеместно распространенным, в течении всего следующего столетия. На расписной двери большого реликвария в монастыре Piedra, Сарагоса, созданной в 1390 году, хранящейся ныне в Исторической Академии Мадрида, изображены солдаты, ведущие Христа к Пилату (рис.15), в бацинетах (один с остроносым забралом), в бригантинах или «pairs of plates», покрытых тканью.
Рис.15
Рис.15

До наших дней дошло два предмета из доспехов того времени. Первый - известный пергаментный нашлемник в виде дракона, который принадлежал королю Мартину Арагонскому (1397-1410), теперь хранится в Королевских Складах оружия в Мадриде (D II)[sap]10[/sap], второй – островерхий бацинет изящной формы, с бронзовыми втулками для авентайла (vervelles), который хранился в провинциальном музее над воротами Burgos (рис.16), и до настоящего времени не публиковался.
Рис.16
Рис.16

Его происхождение мне не известно. Острая макушка не покрыта коррозийным налетом, что позволяет предположить наличие нашлемника, и использование этого бацинета как шлема из погребальных даров. По свидетельству Фруассара, перед битвой при Aljubarota в 1388 году, Генри, король Кастилии, наказал дону Pedro Harem, доставить королевский шлем, украшенный диадемой из золота и драгоценных камней, стоимостью двадцать тысяч франков. Король намеревался появится в нем в день сражения, но прежде, чем дон Педро смог доставить шлем королю и присоединится к нему в битве, кастильская армия обратилась в бегство перед португальцами, которых поддерживали английские лучники. Дон Педро, обеспокоенный сохранностью королевского шлема, и собственной головы, присоединился к отступлению. Король расположился в местечке Santarem, где он собирал остатки своей армии, и там, три дня спустя, появился и Дон Педро, со сбереженным драгоценным шлемом, который, как убеждало короля его окружение, исчез навсегда.
Среди надгробий в соборе Gerona – надгробие Ramon Berenguer II, графа Барселоны, установленное в конце четырнадцатого столетия, по приказу Педро III Каталонского (рис.17).
Рис.17
Рис.17

На нем примечателен высокий горжет, закрывающий всю нижнею часть лица, и стеганое сюрко. Этот стиль представлен и на изображении в Poblet11 приблизительно того же периода.
Бацинеты с авентайлами и пластинчатая защита рук показаны на ретабло (retablo) (заалтарная роспись в католических соборах –А.Г.)- в сценах рыцарского пира и похоронах Cв. Мартина, в Museo Episcopal в Vich. Интересное изображение доспехов того периода есть в потолочной росписи одного из альковов в Sala de la Justicia в Alhambra, в ярких красках изображая героев рыцарских романов (рис.18), нарисованных на коже, обтягивавшей доски, теперь к сожалению очень растрескавшейся и истертой.
Рис.18
Рис.18

Стиль исполнения человеческих фигур указывает на то, что это, скорее всего, работа христианского художника начала пятнадцатого столетия, работавшего для мавров, которые заставили его изобразить христианского рыцаря в доспехах, сраженного мавританским всадником.
Треугольный щит (escudo) по прежнему изображается в испанской живописи начала пятнадцатого столетия, хотя, возможно, это обусловлено лишь консерватизмом художника, поскольку в тот период, он, как правило, заменяется прямоугольным щитом bouched, более высоким и узким, с вогнутой поверхностью, предназначенной для отвода ударов наружу, подобный мы можем видеть на конной статуе нашего собственного Генри V в Вестминстерском аббатстве. Существовавший тогда кулачный щит, известный как broquel, здесь представлен изображением из Museo Episcopal в Tarragona (рис.19).
Рис.19
Рис.19

Обратите внимание на бацинет с округло-вытянутым забралом на втором плане. На сопутствующих панелях изображены широкополые железные шляпы, или cabacete, к которым мы еще вернемся.
Центральная группа большого retablo de San Jorge в Victoria and Albert Museum показывает св. Георгия, сражающегося около Короля Петра I Арагона , в битве при Alcoraz (рис.20).
Рис.20
Рис.20

Эта вдохновляющая картина, происходит, как полагают, из церкви около Валенсии, и датируется, приблизительно около 1420 года. Пластинчатый доспех христианских рыцарей уже полностью сформировавшийся, хотя у некоторых все еще видны авентайлы на шлемах, и забрала «свиное рыло» (оно отчетливо показано на одном из спящих стражей, в росписи на боковой панели, изображающей св. Георгия в тюрьме). Вооружение мавров изображено заметно контрастным, по отношению к христианским рыцарям. Мавры изображены в своих свободных одеждах, без доспехов; большие, имеющие форму сердца адарги (adargas) несут на себе изображение скорпиона и черепахи, и стоит обратить внимание на испано-мавританский стиль рукояти меча, у пояса мавританского короля переднем плане.
В сокровищнице часовни св. Георгия в Барселоне – хранится небольшая серебренная статуэтка (рис.21).
Рис.20
Рис.20

Это – одно из самых замечательных произведений подобного рода, ставшее недавно предметом статьи F. M. Kelly12. Два года назад, когда я был в Барселоне, мне позволили тщательно изучить ее. Cв. Георгий – покровитель Барселоны, и 23-го апреля в Festa de San Jorgeup проходит большое, торжественное служение в этой часовне, которая хранит одну из его костей. Статуэтка интересна в первую очередь потому, что не отлита зацело, а собранна из множества пластинок, тщательно изготовленных, и настолько точно подогнанных, как будто это миниатюрная копия подлинного доспеха. Петли, ремни, и другие мелкие детали позолочены. Щит является более поздним дополнением. Но главное, представляющее особенный интерес - то, что мы, в данном случае видим не испанский доспех, а работу миланских мастеров. Известность Missaglia распространилась широко за границей, и с этого времени испанские гранды, способные позволить себе подобное, уже импортировали доспехи из Милана13. Этот доспех во многих деталях напоминает гигантскую броню Ulrich Matsch в Churburg,14 и М. Pauilhac владеет весьма похожим бацинетом (рис.22),который происходит из какой то испанской церкви.
Рис.22
Рис.22

По неясным причинам тассеты (tassets) были переустановлены, но каждый из них полностью цел и не переделан. Начиная с этого времени, мы часто видим изображения испанских воинов, легко вооруженных, в бригантинах и кольчугах, в открытых шлемах, в то время как их предводители полностью облачены в белый миланский доспех. Связи между Италией и Арагоном усилились в середине пятнадцатого столетия, после успеха притязаний короля Альфонсо V на трон Неаполя, откуда он пригласил к своему двору многих самых известных представителей итальянского искусства и литературы. На медали работы Pisanello он изображен в миланском доспехе этого периода, а в более ранней работе15 нами публиковались изображения воинов в доспехах с его триумфальной арки Laurana.
В коллекции M. Pauilhac находится купол от грандбацинета, с сохранившимися осями для забрала, полученный им с севера Испании. По поводу этого бацинета сэр Гай Лакинг высказал мысль, после сравнения с изображениями в английских церквях, что возможно его английское происхождение16. Но при взгляде на статуэтку св. Георгия из Барселоны, мы видим похожие очертания, очень схожие с бацинетом из коллекции Pauilhac, с такими же осями для забрала, расположенными в той же области, и, на мой взгляд, не будет ни каких противоречий в том, чтобы предположить происхождение этого предмета из мест, где он и был обнаружен. Существует ряд изображений св. Георгия в Museo Episcopal в Tarragona, происходящих из церкви Pobla da Ciervoles, которые приписывают изобразительной школе Валенсии (рис.23).
Рис.23
Рис.23

Св. Георгий изображен в полном латном доспехе, но сопровождающие его воины одеты в бригантины, открытые салады с puggarees, без каких либо доспехов на ногах. Их противники- мавры, одоспешены еще меньше, стоит обратить внимание на лежащею на земле адаргу и ятаган. В Сарагосе есть изображение св. Михаила, выполненное ок. 1454 года, где изображен миланский доспех с нагрудником, обтянутым богатой парчой, что является особенностью, часто встречающейся в изображениях того периода.
Несколько лет назад17 M. Reynaldo dos Santos опубликовал ряд превосходных гобеленов, сохранившихся в церкви Pastrana, которые иллюстрируют каждый род войск, принимавший участие в походе Альфонсо V Африканца (Africanus) в Португалию и взятии Arzila в 1471 году (рис.24).
Рис.24
Рис.24

Только король и его сын облачены в полные латные доспехи, остальные носят покрытые бархатом бригантины и салады различных форм, в руках мавританские адагры. Все детали этого богатой и переполненной композиции хорошо поддаются определению.
Документы подтверждают иллюстративные свидетельства об экспорте миланских доспехов в Испанию. В 1436 году Tomaso Missaglia назначил Gaspare de Zugnio своим представителем в Каталонии, Галисии, и других землях королевств Арагона, Сицилии, Наварры, и Santiago de Compostella18. Zogno - деревня в Val Brembana, около Бергамо, в районе, некогда известном своими оружейниками.
Начиная с этого времени надгробия демонстрируют богатые миланские доспехи; одно из первых - в Siguenza дона Gomez Carillo de Albornoz, умершего в 1441 году, с изображением больших итальянских налокотников, закрепленных шнурами19. Испанские надгробия пятнадцатого столетия отныне вырезаются не из легкого в обработке песчаника, а из алебастра или мрамора, где каждый элемент доспеха скрупулезно проработан. Усопшие изображены на скульптурах с круглыми шапочками на головах, а принадлежащие им салады изображены лежащими возле из ног, рядом с фигурами коленопреклоненных пажей.
Среди прочих, имеющих более позднею датировку – надгробие Sancho Davila at Avila, который умер в 1428 году, а надгробие, вероятно, было установлено спустя сорок лет после его смерти. Оно очень схоже с надгробием Pedro de Valderrabano, который умер в 1465 году, и погребен в том же самом соборе (рис.25) и возможно что эти два надгробия исполнены мастерами одного цеха.
Рис.25
Рис.25

Надгробие Diego de Juste, умершего в 1480 году (рис.26), в Саламанке, принадлежит школе Gil de Siloe, отцу знаменитого Diego de Siloe.
Рис.26
Рис.26

Крупная деталь дополнительного усиления налокотника - типична для итальянской брони, а умеренного размера симметричные боковые «крылья» налокотников – испанская черта. Изображенные доспехи, должно быть, исполнялись с реально существовавшего конкретного прототипа, с точностью до каждого ремешка, и каждая деталь повторена точно, с очевидным пониманием ее функции.
Большие надгробия в Cartuja de Miraflores, (рис.27) были начаты Gil de Siloe, в 1489 году, а завершены в 1493-м.
Рис.27
Рис.27

Существуют два надгробия этой школы, из желтого мрамора, в, Victoria and Albert Museum изображающих дона Rodrigo de Cardenas в доспехах, и его жену, происходящих из церкви San Pedro в Ocana, около Aranjuez. Более скромное- надгробие дона Diego de Arraya, умершего в 1490году, в старом соборе Саламанки; но и в этом случае детали его итальянского доспеха, включая lisiere d'arret (предохранительное ребро) на его наручах, тщательно проработаны.
Таким образом, образцы реальных доспехов подтверждают выводы, сделанные на основе живописных и скульптурных изображений.


1) J. Dominguez-Bordona, «Spanish Illumination», 1930, pl. 18.
2) J.Dominguez-Bordona, op. cit, pl. 68.
3) О современной терминологии испанского вооружения см. Wilhelm Giese: «Waffen nach der Spanischen Literatur des 12 und 13 Jahrhunderts», in vol. VI of «Mitteilungen und Abhandlungen aus dem Gebiet der romanischen Philologie», Hamburg, 1925, так же немало информации в E. Leguina's «Glosario de Voces de Armeria», Madrid, 1912.
4) Kingsley-Porter, «Pilgrimage Churches», 670.
5) Bordona, op. cit., pl. 95; Так же сравните рисунки 100 и 136. Есть частые ссылки в текстах «Yelmos de Zaragoza» (Giese, op. cit., p. 113).vol. LXXXIII.
6) Узкая пластина, предназначенная для защиты конечностей, и достаточная, чтобы защитить от рассечений, датирующаяся XV веком, есть в коллекции М. Pauilhac.
7) Carderera, pl. XXXIII. 8) Там же, табл. XXV.
9) Там же, табл. XXXIV.
10) Фактически нашлемник исполнен из пергамента, дерево использовано только для того, чтобы держать форму.
11) Carderera, op. cit., pl. XVII, по разному предписывается Ramon Folch (+1320) или Rodrigo de Rebolledo (+1479).
12) Connoisseur, LXXXVI, 151-4, Sept. 1930.
13) Говоря о Милане, я использую это название как обобщение, имея ввиду целый район Ломбардии, где широко распространилось производство доспехов, причем часть этого района, в альпийских долинах между Бергамо и Брешией, в герцогство Милан не входило.
14) Oswald Graf Trapp and J. G. Mann, «Armoury of the Castle of Churburg», 1929, no. 19.
15) Archaeologia, IXXX, 136, pl. XXVII.
16) Sir Guy Laking, «Record of European Armour and Arms», ii, fig. 307.
17) Reynaldo dos Santos, «As Tapecarias da Tomada da Arzila», 1925.
18) E. Motta, «Armaiuoli milanesi», in Archivio Storico Lombardo. Anno XLI, 1914, p. 200.
19) Ricardo de Orueta, La Escultura funeraria en Espana (provincias de Ciudad Real, Cuenca, Guadalajara), 1919, fig. 16.


в следующей части данной работы буду рассмотрены артефакты, происходящие с территории Испанского королевства, или из оружейных собраний Испании

Отправлено: 08.01.2007

footertgorod@mail.ru
Powered by ezContents
© 1998 - , Тоже Город
По вопросам использования материалов сайта обращайтесь к авторам, держателям авторских прав или в Магистрат Тоже Города.